Акцент - на создание альтернативы существующему положению вещей.
Израиль называет себя демократической страной, но не имеет элементарного социального равенства между всеми израильтянами.
Израиль называет себя еврейской страной, но даже евреи здесь делятся по сортам: на истинных (ортодоксы), на некошерных, и на полуевреев (фактически - гоев), и никак не могут договориться между собой.
Израиль называет себя религиозной страной, но даже основные заповеди, такие как забота о неимущих и вообще о людях давно перестала интересовать властьимущих.
Израиль называет себя страной репатриантов, но именно репатрианты наиболее уязвлены в своих правах и фактически обслуживают остальных.
Израиль называет себя избранным Богом народом, но ложь давно уже стала обычным явлением и главным инструментом правящей политической элиты. А вместо Бога народ ввергнут в поклонение золотому тельцу.
Израиль называет себя народом закона, но так и не спромогся создать Конституцию, а те законы, которые есть противоречат друг другу и не исполняются.
Израиль называет себя страной, любящей мир и стремящейся к миру, тогда как постоянно провоцирует войны и половину своего бюджета тратит на армию.
Страна - двойных стандартов, свинячего капитализма и паразитизма одних слоев населения над другими.
Мы делаем свой акцент на том, что нам нужен другой Израиль, другое правительство и другие ценности.
Мы делаем акцент на мире. Мы делаем акцент на справедливости.
Мы делаем акцент на равенстве.
Мы делаем акцент на истине.
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Проза : Реальность - Андрей Скворцов Я специально не уточняю в самом начале кто именно "он", жил. Лес жил своей внутренней жизнью под кистью и в воображении мастера. И мастер жил каждой травинкой, и тёплым лучом своего мира. Их жизнь была в единстве и гармонии. Это просто была ЖИЗНЬ. Ни та, ни эта, просто жизнь в некой иной для нас реальности. Эта жизнь была за тонкой гранью воображения художника, и, пока он находился внутри, она была реальна и осязаема. Даже мы, читая описание леса, если имеем достаточно воображения и эмоциональности можем проникнуть на мгновение за эту грань.
История в своём завершении забывает об этой жизни. Её будто и не было. Она испарилась под взглядом оценщика картин и превратилась в работу. Мастер не мог возвратиться не к работе, - он не мог вернуть прежнее присутствие жизни. Смерть произвёл СУД. Мастер превратился в оценщика подобно тому, как жизнь и гармония с Богом были нарушены в Эдеме посредством суда. Адам и Ева действительно умерли в тот самый день, когда "открылись глаза их". Непослушание не было причиной грехопадения. Суд стал причиной непослушания.
И ещё одна грань того же. В этой истории описывается надмение. Надмение не как характеристика, а как глагол. Как выход из единства и гармонии, и постановка себя над и вне оцениваемого объекта. Надмение и суд есть сущность грехопадения!
